Вы здесь

Раздел «ЮЖНЫЙ КРЕСТ» (страница 1)

Удивительная история освоения Земли.

Миф о Неведомой Южной Земле – Terra Australis Incognita – родился в незапамятные времена, задолго до нашей эры, но к реальной Антарк тиде никакого отношения не имеет. Если бы в районе Южного полюса, грешным делом, не обнаружилось ничего, кроме холодного неприветливого океана, легендарный континент все равно проложил бы себе дорогу на старинные карты, поскольку взывал к чувству симметрии, которым были сполна наделены древние греки.

Античные географы твердо знали, что обитаемый мир – ойкумена греческих мыслителей – составляет не более четверти поверхности земного шара, а природа, как известно, не терпит пустоты. Кроме того, увесистый массив суши, лежащий далеко на юге, совершенно необходим из элементарных соображений физического равновесия, иначе наша Земля неминуемо опрокинется вверх тормашками. Подобной точки зрения придерживался, например, Феопомп Хиосский, древнегреческий историк и философ, работавший в IV веке до н. э. А на географических картах таких корифеев античности, как Помпоний Мела или Клавдий Птолемей, Неведомая Южная Земля уже приобрела вполне внятные очертания. Но вот о форме этой южной земли ученые мужи договориться не сумели: Помпонию она виделась материком в Южном полушарии, со всех сторон окруженным морями, а Птолемей нарисовал ее в виде исполинской подковы, соединенной с Малайским полуостровом и Африкой, которые длинными языками сползают на юг. Таким образом, Индийский океан фактически превратился в замкнутый водоем, своего рода внутреннее море, наподобие Средиземного, а Африка – в гигантский вырост Южной Земли. Впрочем, реконструкции античных географов были насквозь умозрительными, потому что, согласно их представлениям, жара по мере продвижения на юг неуклонно растет, достигая на экваторе запредельных величин. Испепеляющий зной этих богом забытых мест немедленно убивает все живое, так что опытная проверка исключена по определению.

Справедливости ради отметим, что подлинники античных карт не сохранились до наших дней, поэтому карта с подковообразной Южной Землей, приписываемая Птолемею, датируется концом XV века и является копией более раннего оригинала.

Весьма сомнительно, чтобы Птолемей ничего не знал об успешном плавании финикийцев вокруг Африки на рубеже VII–VI веков до н. э., но вероятно, он посчитал эту историю досужей выдумкой (как, между прочим, и Геродот, рассказавший об африканской кругосветке), так что Terra Australis Incognita продолжала уравновешивать Землю на античных и средневековых картах. Впрочем, мнения насчет таинственного Южного континента в Средние века бытовали самые разные. Сторонники Южной Земли опирались на авторитет древних греков, а противники (особенно после изобретения компаса) указывали на тот факт, что магнитная стрелка всегда указывает на север, так как притягивается огромным массивом суши в Северном полушарии. Следовательно, на юге никакой неведомой земли быть не может.

Большим успехом пользовалась и теологическая аргументация: если Terra Australis необитаема, как утверждают греки, то разве мог Всевышний допустить подобную нелепость? Разве Он станет разбрасываться землями? Правда, если на юге нет ничего, кроме воды, сие тоже попахивает невообразимым расточительством, но это уже отдельный вопрос.

Момент истины наступил в конце XV столетия, когда португальские мореплаватели сначала благополучно пересекли экватор, не обнаружив там никаких признаков сожженной дотла земли, а потом и вовсе обогнули южную оконечность Африканского континента. Terra Australis как в воду канула: за мысом Доброй Надежды лежало открытое море. Однако Южная Земля не исчезла с карт и после экспедиции Диаша, а только отодвинулась дальше на юг. Открытие Колумбом Нового Света изрядно подстегнуло воображение ученых. Если упрямый генуэзец сумел обнаружить огромный континент, о котором даже греки не имели понятия, быть может, и Южная Земля рано или поздно найдется? В 1520 году Магеллан отыскал узкий извилистый пролив, ведущий из Атлантического океана в Тихий. Справа по борту у него лежал Южноамериканский материк, а слева раскинулась неведомая Tierra del Fuego – Огненная Земля (в буквальном переводе – Земля Огней), мерцавшая загадочными огоньками. И хотя ни сам Магеллан, ни его спутник Антонио Пигафетта, который вел дневник экспедиции и начертил примерную карту пролива, ни единым словом не обмолвились, что якобы открыли Неведомую Южную Землю, европейские географы пришли к этому выводу самостоятельно. На протяжении целого столетия Огненная Земля украшала географические карты Южного полушария под видом Terra Australis Incognita, и только после второго кругосветного плавания Ф. Дрейка стало окончательно ясно, что Земля Огней – не пресловутый Южный материк, а сравнительно небольшой остров (точнее, архипелаг). Итак, Южной Земле пришлось в очередной раз съежиться и отступить, но в запасе у неутомимых энтузиастов оставался еще Тихий океан, самый большой океан планеты, на тот момент из рук вон плохо изученный.

Однако без малого двухсотлетняя суета в Южных морях странным образом так и не дала ожидаемого результата. Земли, куда втыкали флаг отважные путешественники, оказывались на поверку чуточными клочками вулканической или коралловой суши, мельчайшей звездной россыпью крохотных островков, рассеянных на просторах Великого океана. Именно так были открыты Соломоновы и Маркизские острова, где жили свирепые людоеды, и обширный архипелаг Туамоту, населенный любознательными и радушными туземцами. Безобидных островитян немедленно окрестили, но этот замечательный конфессиональный успех никак не способствовал поискам Южной Земли. Неуловимый континент упорно не давался в руки, ускользая неведомо куда, и даже Новая Гвинея, дикая страна, утопающая в пене тропических лесов, вдоль берегов которой португальские каравеллы елозили добрых два месяца, оказалась заурядным островом, только очень большим. Правда, Луис Торрес, участник испанской экспедиции 1606 года, взял быка за рога и решительно обогнул этот второй по величине остров на планете: Новая Гвинея уступает по площади только Гренландии – самому большому острову в мире (829 тысяч и 2176 тысяч квадратных километров соответственно). Пройдя утомительной полосой рифов и мелей вдоль южного побережья Новой Гвинеи, он увидел на горизонте незнакомую землю. Это была Австралия (точнее, северный ее выступ – полуостров Йорк), но осторожный Торрес не стал спешить с выводами. И хотя пролив между Австралией и Новой Гвинеей носит имя Торреса, честь открытия нового континента досталась голландцу Абелю Тасману.

В начале XVII века маленькая Голландия переживала небывалый экономический подъем. Разделавшись в ходе ожесточенной полувековой борьбы с ненавистными испанскими оккупантами, она быстро сделалась морской державой номер один. Корабли Ост-Индской компании бороздили не только Атлантику, но и моря Индийского и Тихого океанов, постепенно выдавливая оттуда неповоротливые флотилии южан. К 40-м годам XVII столетия голландцы уже основательно изучили и даже нанесли на карту бóльшую часть побережья Западной Австралии, хотя эти скудные и тощие земли, населенные первобытными дикарями, большого интереса не представляли. Тем не менее следовало уяснить, как далеко на восток простираются эти бесплодные территории и не являются ли они частью Неведомой Южной Земли. Сказано – сделано, и Ван Димен, губернатор голландской Восточной Индии, отрядил в плавание капитана Абеля Тасмана, чтобы тот разобрался в этом непростом вопросе. Тасман прошел вдоль западного берега Австралийского материка, а затем взял курс на юго-восток. Через две недели плавания в неспокойных сороковых широтах, в конце ноября 1642 года, он увидел лесистые холмы «очень высокой земли». Тасман назвал ее Землей Ван Димена, но впоследствии выяснилось, что это большой остров, лежащий к югу от Австралии, и англичане переименовали его в Тасманию, в честь первооткрывателя. Пройдя еще около тысячи миль в восточном направлении, Тасман вскоре обнаружил незнакомые гористые берега. Сквозь неверную мглистую дымку он с трудом разглядел ослепительный блеск ледников, зеленые луга и заснеженные горные пики, вздымающиеся на 2–3 тысячи метров. Голландец нарек эту суровую землю Новой Зеландией, хотя не понял, что в действительности она представляет собой архипелаг, состоящий из двух больших островов. Пролива между ними он не заметил (точнее, принял его за широкую бухту, разрубившую побережье), поэтому двинулся на север вдоль западных берегов предполагаемой Terra Australis. Открыв по пути острова Тонга и Фиджи, Тасман повернул на северо-запад и благополучно прибыл в Батавию (остров Ява). В 1644 году он снова вышел в море (на этот раз под его началом было уже три судна), обогнул Новую Гвинею с юга, исследовал огромный залив Карпентария, глубоко внедрившийся в тело Австралийского материка, и прошел более 3 с половиной тысяч километров вдоль северного и северо-западного побережья Австралии. И хотя восточный берег страны утконосов и кенгуру остался вне сферы его внимания (он будет обследован позже и другими людьми), две экспедиции Тасмана позволили сделать вывод, что Австралийский континент является единым массивом суши и вряд ли может претендовать на гордое звание Terra Australis Incognita (по причине его сравнительной малости).

Через 100 с лишним лет после Тасмана поисками Неведомой Южной Земли всерьез озаботился знаменитый английский мореплаватель Дж. Кук. Он установил, что Новая Зеландия, открытая голландцем, вовсе не оконечность Южного континента, а два крупных острова, разделенных нешироким проливом. Кук обошел восточный берег Австралии и нанес его на карту, после чего приблизительные очертания этого самого маленького материка (7,7 миллиона квадратных километров) стали более или менее ясны. Вот что пишет об исследованиях Кука Раймонд Рамсей, известный американский географ:

Проблема Южной Земли приковала к себе внимание Кука, и к 1772 году ему удалось найти средства для организации новой экспедиции, в задачу которой входили тщательные поиски континента. Два его судна – «Резолюшн» и «Эдвенчер» – были идеально приспособлены для разведывательных работ. Это были северные угольные суда (угольщики) с небольшой осадкой, очень емкие, маневренные почти в любых водах и легко выволакиваемые на берег, когда их днища требовали очистки. Во время этого плавания Кук исколесил всю южную часть Тихого океана, открыл много островов, включая Новую Каледонию и группу, в настоящее время носящую его имя (острова Кука), но не нашел никакого континента. Три раза он первым из европейцев пересекал Южный полярный круг.

Надо сказать, что Кук очень близко подошел к берегам реальной, а не мифической Южной Земли, но Антарктиды, увы, так и не обнаружил, поскольку это, можно сказать, находилось за гранью технических возможностей его века. В январе 1774 года он проник за полярный круг и оказался в районе, который впоследствии получит название моря Амундсена (море у берегов Антарктиды площадью 98 тысяч квадратных километров, лежащее между 100° и 123° западной долготы), но сплошной ледяной барьер преградил ему дорогу и заставил повернуть назад.

Упрямый британец сделал еще одну попытку отыскать неуловимый материк к югу от мыса Горн (где в январе 1739 года молодой честолюбивый француз по имени Жан-Батист Буве якобы видел два ледяных пика, которые неясно вырисовывались на горизонте), но и там не нашел ровным счетом ничего. А ведь до северной оконечности Антарктического полуострова, нацеленного в сторону мыса Горн, было уже не очень далеко.

Так или иначе, но полярная одиссея Кука не принесла желаемых результатов и свелась к открытию Земли Сандвича (позже выяснилось, что это архипелаг) и острова Южная Георгия. Вернувшись в Англию, он заявил, что если какой-то Южный континент и существует, то его следует искать в пределах Южного полярного круга.

Однако несмотря на скепсис (историки любят цитировать высказывание Кука, что неведомый континент может быть обнаружен «лишь вблизи полюса, в местах, недоступных для плавания»), британец не исключал существования Антарктиды: «…ибо я твердо убежден, что близ полюса есть земля, которая является источником большей части льдов, плавающих в этом обширном Южном океане». Ну что же, абсолютно здравое соображение. Правда, целесообразность новых плаваний в южных морях вызывала у него большие сомнения: «Если кто обнаружит решимость и упорство, чтобы разрешить этот вопрос, и проникнет далее меня на юг, я не буду завидовать славе его открытий. Но должен сказать, что миру его открытия не принесут никакой пользы…» Так была закрыта Terra Australis Incognita, тревожившая воображение европейских географов на протяжении столетий. Однако ирония судьбы заключается в том, что до открытия Антарктиды оставалось всего-навсего чуть менее полувека.

Честь открытия шестого и последнего континента нашей планеты выпала на долю русской экспедиции под командованием Ф. Ф. Беллинсгаузена и М. П. Лазарева. Миновав Южные Шетландские острова и заснеженный клочок суши, получивший название Земля Тринити (Троица), путешественники сумели разглядеть в густом полярном тумане две высокие вершины, которые находились на северной оконечности Антарктического полуострова – клинообразном выступе ледового материка, протянувшемся на 1 200 километров в сторону Южной Америки. Известный отечественный географ и геодезист В. В. Глушков пишет:

В декабре 1819 года русская экспедиция в составе двух кораблей (шлюп «Мирный», командир и руководитель экспедиции капитан 2-го ранга Ф. Ф. Беллинсгаузен; шлюп «Восток», командир лейтенант М. П. Лазарев) достигла Южной Георгии, затем, взяв курс на юго-восток, открыла три вулканических острова, обследовала Землю Сандвича, оказавшуюся архипелагом (новое название – Южные Сандвичевы острова), и 28 января 1820 года была у берегов «льдинного материка», в точке с географическими координатами 69° 21′ южной широты и 2° 14′ западной долготы. Так состоялось открытие Антарктиды: существование ледового континента перешло из области легенд в реальность, стало научно доказанным фактом.

Правда, Р. Рамсей указывает, что в том же 1820 году на землю Антарктического полуострова высаживались шкипер американского зверобойного судна Натаниель Палмер и капитан британского военно-морского флота Эдвард Брэнсфилд, но все же пальма первенства в открытии шестого континента остается за русскими исследователями. В следующем году экспедиция Ф. Ф. Беллинсгаузена, перезимовав в Австралии, снова направилась в южные широты и обошла Антарктиду морем. В ходе этого плавания были открыты остров Петра I и Земля Александра I, составлены точные карты антарктического побережья и проведены магнитные наблюдения, на основе которых удалось вычислить местонахождение Южного магнитного полюса на 1820–1821 годы. Географические полюса (условные точки, где воображаемая ось вращения Земли пересекает поверхность нашей планеты) и магнитные полюса (точки на поверхности Земли, в которых вектор магнитной индукции направлен вертикально) не совпадают. Например, Южный магнитный полюс, по данным английского исследователя Джеймса Росса, находился в 1841 году в 300 километрах от побережья (на Земле Виктории) и в 800 километрах – от географического Южного полюса. Кроме того, магнитные полюса все время «кочуют», переползают с места на место внутри некоторой строго очерченной области.

Изображение из книги Удивительная история освоения Земли.

М. П. Лазарев

Страницы


В нашей электронной онлайн библиотеке вы можете бесплатно и без регистрации прочитать «Удивительная история освоения Земли.» автор Шильник Л. на телефоне, андроиде, айфоне, айпаде. Сейчас вы находитесь в разделе „ЮЖНЫЙ КРЕСТ“ на странице 1. Приятного чтения.